• ул. Неглинная, 12, Москва, 107016
  • 8 800 300-30-00
  • www.cbr.ru
Что вы хотите найти?

Интервью Сергея Швецова агентству «Рейтер»

11 августа 2021 года
Интервью

О дифференциале ставок, возвращении иностранцев в ОФЗ, рестрикциях и стимулах

После повышения ставок российский Центробанк видит увеличение активности нерезидентов на рынке ОФЗ, несмотря на санкции, и полагает, что никаких системных рисков возросшие объемы carry trade не создают, сказал первый зампред ЦБР Сергей Швецов в интервью Рейтер.

По его оценке, для рынка капитала новостью последнего года стала низкая волатильность 10-летней и 15-летней точки на кривой ОФЗ, что является заслугой инфляционного таргетирования.

Швецов сказал также, что Центробанк рассматривает IPO в качестве основного варианта продажи банка ФК Открытие и не исключает активного участия в нем розничных инвесторов.

Интенсивный приток розничных инвесторов на фондовый рынок ослабевает и рекордные темпы прошлого года вряд ли удастся сохранить, однако пустующие счета начнут наполняться деньгами, ожидает Швецов.

Ниже представлены развернутые высказывания Швецова:

О замедлении открытия брокерских счетов частных инвесторов в последние месяцы:

Мы не можем точно объяснить эту тенденцию, но все те факторы, которые вы назвали — повышение ключевой ставки, насыщение рынка, политика ЦБ по ограничению рисков неквалифицированных инвесторов и сезон отпусков — они все имеют право на существование. В какой пропорции они действуют — такие точные расчеты мы не делаем.

Если анализировать данные, то июнь-июль не были самыми низкими с точки зрения динамики открытия счетов, просто лето — это тот период, когда традиционно активность на фондовом рынке падает. Прошлый год стал исключением — приток инвесторов на рынок был действительно аномально высоким: на фоне падающих процентных ставок происходил поиск дополнительной доходности, но и сейчас приток сохраняется.

Но мы не думаем, что темпы роста, как в прошлом году, могли бы сохраниться.

Если говорить о структуре этого открытия счетов, то 60% счетов сегодня — пустые. То есть это некий инфраструктурный задел, который брокеры-банки делают в ходе взаимодействия со своими клиентами по другим операциям. Мы даже выпускали информационное сообщение, где рекомендовали участникам рынка без сущностного информирования клиента воздержаться от открытия брокерских счетов. Еще примерно 19% всех брокерских счетов имеет не очень большие остатки — около десяти тысяч рублей. То есть это скорее тестовые счета, которые граждане открывают для того, чтобы поучиться, попробовать поторговать на бирже и понять для себя, нужно им это или нет.

Остальные счета — активные, это достаточно неплохо. Если смотреть статистику, которую мы получаем от брокеров, то пустой счет, как правило, начинает наполняться деньгами примерно через полгода — если человек почувствовал аппетит, он постепенно начинает более активно проводить какие-то операции.

О денежных потоках частных инвесторов на фондовом рынке:

Мы говорили про количество счетов, а если говорить о потоках, то примерный прирост активов физических лиц на рынке капитала — я не беру в расчет семейные офисы, которые работают преимущественно вне нашей статистики, и зачастую через иностранные юрисдикции — если брать обычных граждан, то это примерно 200 миллиардов рублей ежемесячно за последние 12 месяцев. Причем часть этой суммы прироста связана с ростом доходов, которые они получают от инвестиций, а часть — с новыми деньгами.

Если говорить о новых деньгах, то по брокерским счетам средняя величина ежемесячного нетто-ввода средств физических лиц — квалифицированных инвесторов составила примерно 100 миллиардов рублей в 2021-м году, а для неквалифицированных инвесторов сумма несколько меньше — это 77 миллиардов рублей. То есть этот поток достаточно стабилен и будет продолжаться.

То же самое по доверительному управлению. Мы перевалили за 0,5 миллиона — там 600.000 человек, и это в общем-то фондированные операции, где люди, действуя рационально, доверяют свои денежные средства профессионалам.

— Если за полгода брокерский счет наполняется деньгами, то сколько из этих 60% пустых счетов могут стать активными?

Это вопрос уровня благосостояния населения — насколько у нас много граждан, имеющих подушку безопасности, и насколько много граждан, которые готовы инвестировать за пределами подушки безопасности. Есть и граждане, которые инвестируют для собственного образования и расширения кругозора, не сформировав подушку безопасности, особенно это относится к молодым. Поэтому моя оценка — меньше половины из этих 60% счетов через 6 месяцев будут наполняться деньгами.

О процентных ставках и их влиянии на приток физических лиц на рынок капитала:

Мы не считаем фактор процентных ставок единственным и решающим, мы всегда называли шесть или семь причин, почему люди пришли на фондовый рынок. Я думаю, что процентные ставки были просто неким катализатором, но не причиной этого прихода.

Все-таки основная причина заключается в том, что повысилась доступность фондового рынка, и было решение крупнейших банков предлагать своей клиентской базе не только депозитные продукты, но и инвестиционные.

Вот эти два фактора и имели решающее значение — простота и активные продажи. В современном обществе большинство людей покупают то, что им продают, и если банки начали продавать, то это значит, что какая-то часть клиентов это купит.

Повышение процентных ставок Банком России, нормализация политики, транслируется и на фондовый рынок, она транслируется в повышение процентной ставки краткосрочных ОФЗ и негосударственных облигаций. И в этом смысле дифференциал между депозитными ставками и ставками условно трехлетних облигаций, я думаю, более или менее будет сохраняться, потому что в этом и есть смысл трансмиссионного механизма.

Надо отдать должное — успехи в таргетировании инфляции, которых мы добились, доверие, которое сегодня есть у профессионалов к денежно-кредитной политике Банка России, снижают волатильность долгосрочной части кривой ОФЗ, и в этом смысле для рынка капитала новостью последнего года — двух стала низкая волатильность 10-летней точки и 15-летней точки на кривой ОФЗ. Но население чаще предпочитает более короткие облигации, и здесь ставки растут так же, как наша ключевая.

— Повлияет ли последнее повышение ставки сразу на 100 б.п. на то, что новые деньги граждан в большей степени пойдут не на фондовый рынок, а на депозиты, то есть норма сбережения вырастет?

Безусловно, трансмиссионный механизм денежно-кредитной политики воздействует на склонность населения к сбережениям, и одним из каналов, через которые мы управляем в конечном счете совокупным спросом, является канал процентных ставок по вкладам населения в банках, рост которых повышает склонность к сбережениям. Но мы не таргетируем и не пытаемся воздействовать на баланс размещения сбережений, на их распределение между счетами в банках, инвестиционным страхованием жизни, инвестициями на фондовом рынке.

В принципе, вклады (или надежные облигации) и акции — это просто разные миры. Чувствительность к изменению ставки по депозитам в отношении принятия решения — вклад или акция — очень низкая, потому что это абсолютно другой профиль рисков, это абсолютно другой инструмент.

Для тех, кто осознанно выбирает рискованные инвестиционные инструменты, а не сберегательные, рост ставок по депозитам и облигациям решающим фактором не будет.

Но не всегда этот выбор был осознанным, потому что продавцы навязывали «мутные» продукты клиентам, не объясняли разницу между сбережениями и инвестициями. И люди брали внешне более доходные продукты, не понимая, чем рискуют.

Разобравшись, люди могут поменять свою стратегию. Более высокие ставки по депозитам делают этот выбор более привлекательным для тех, кто не готов и кому просто не показано рисковать на рынке.

— Ранее ЦБР оценивал объем «мутных» инструментов на рынке в 600 млрд р, как сейчас изменился этот объем?

Это продукты, у которых простой человек, да я думаю, что и квалифицированный инвестор тоже, не может оценить справедливую стоимость и оценить вероятность событий, гарантирующих получение дохода. Сама структура этих инструментов очень непрозрачная, потому что спорна та же фраза — «структурный продукт с гарантией по номиналу». А если эмитент имеет «мусорный» рейтинг, разве можно сказать, что его номинал гарантирован? А чем он гарантирован?

Население привыкло, что гарантия — это гарантия АСВ, и воспринимает эту информацию так, что номинал точно не потеряешь. Но как ты гарантированно не потеряешь, если эмитент «мусорный», отчасти поэтому он и дает такую доходность?

Посмотрите на структуру ценных бумаг, которая лежит в основе решения о выплатах. Почему выбраны такие бумаги? Что они отражают? Минимизацию вероятности, что тебе заплатят, или какой-то профиль риска, который соответствует твоему аппетиту? Это вообще непонятно. За такую цену на бирже они не обращаются. Ценообразования нет. Посредник получает за продажу такого продукта от 10 до 15% его стоимости.

Это все непонятная история, она противоречит логике инвестирования, потому что инвестор должен управлять своим портфелем, риском своего портфеля. А если вы берете структуру, которую непонятно кто и по каким принципам сформировал, и замораживаете эту структуру на три года, то как вы будете управлять рисками?

Если 2% такого рода продуктов в портфеле — это одна история, а если человек все свои сбережения забрал со вклада и вложил в такую структуру, — это совершенно другая история. Мы это видели, поэтому и было принято решение, а парламент его поддержал, о заморозке продажи таких продуктов неквалифицированным инвесторам.

Сейчас, по мере выгашивания и непродажи таких продуктов, их портфель у населения сократился на 21%. То есть идет его естественная убыль в связи с неразмещением новых выпусков в адрес неквалифицированных инвесторов.

Мы не счастливы от того, что такие продукты продавались, и население не счастливо, потому что результаты не соответствовали ожиданиям и тем словам, которые говорили продавцы при продаже.

Мы выяснили также, что и сами продавцы — а это обычные люди, которые сидят в офисе банка, — не понимали, что они продают. Они зачитывали готовые скрипты, а если гражданин задавал вопрос, который выходил за пределы скрипта, то часто придумывали ответы, боясь сказать «я не знаю».

Все это мы увидели, увидели совершенно безумные ответы, у нас есть аудиозаписи, свидетельствующие, что ни продавец, ни покупатель не понимают суть продукта. Поэтому мы и называем эти продукты мутными, и слава богу, что сейчас их никто не продает.

Закон ограничивает продажи структурных продуктов неквалифицированным инвесторам до 1 апреля 2022 года — их нельзя купить без тестирования, и эти продукты должны отвечать критериям надежности. Например, иметь соответствующий рейтинг.

С 1 октября нынешнего года до 1 апреля следующего года мы будем смотреть, как работает тестирование, насколько эта система адекватно определяет знания и способности человека оценивать продукты. Если все хорошо, то, условно говоря, откроется возможность продавать такие продукты, но по совершенно другим стандартам и правилам.

У ЦБ появилась реальная возможность воздействовать на финансовые организации с точки зрения качества организации продаж, раскрытия информации, паспортизации продуктов, подготовки персонала к продаже таких сложных продуктов. Это набор рестрикций — вплоть до полного запрета продажи и даже выкупа неправильно проданных продуктов обратно финансовой организацией. Мы создали фактически downside этому совершенно безумному доходу, который получали посредники, продавая непонятно что. Поэтому, я надеюсь, что мы вернемся в цивилизованное русло взаимодействия финансовой организации с потребителем.

— Повысилась социальная ответственность брокеров?

Культура быстро не меняется. Но мы увидели, что наши меры по ограничениям продаж отдельных инструментов совершенно точно добавили осознания, как надо продавать сложные продукты, как взаимодействовать с потребителем. И уже на уровне саморегулирования, без участия Центрального банка, хотя и с его подачи, вопросы этики звучат все чаще и чаще.

Крупнейшие инвестиционные дома все-таки приходят к тому, чтобы принять этические кодексы, перейти от краткосрочной огромной прибыли на каждой транзакции к тому, чтобы строить долгосрочные отношения с клиентом.

Выживать будет не тот, кто умеет в моменте собрать маржу с конъюнктуры, а тот, кто стабильно будет выстраивать отношения доверия со своими клиентами и зарабатывать на долгосрочном сотрудничестве.

Это осознание и на уровне экосистемы, и на уровне отдельных линий бизнеса приходит, и это очень хорошо, потому что на самом деле финансовый посредник — это первая линия защиты начинающего инвестора на фондовом рынке. Если эта линия работает правильно, то все остальное гораздо проще и эффективнее решается во благо и для человека.

Почему у нас тестирование состоит из 7 вопросов, хотя прохождение теста зависит от ответов на четыре вопроса? Потому что первые три вопроса отражают опыт человека, они нужны брокеру, чтобы понять, кто перед ним, что за клиент пришел, чтобы в рамках уже своих этических принципов принять решение, готов он обслуживать клиента по тем или иным стратегиям, или не готов.

А если человек решил воспользоваться последним словом, этика не позволит большинству брокеров выполнить его. Потому что в законе специально ввели норму, где человек имеет право на последнее слово, только если брокер готов с ним работать на этих условиях. Это моральный вопрос, насколько бизнес готов человеку, который недостаточно разбирается в предмете, разрешить инвестировать туда, куда он хочет.

Поэтому четыре вопроса на знание инструмента, и три — на опыт. Последнее поможет как раз применять этику и советовать клиенту то, что ему больше показано и подходит, исходя из его жизненной ситуации и опыта.

О том, что многие частные инвесторы торгуют на заемные деньги:

Когда принимали закон, который ускоряет сроки введения тестирования, и которые дает Банку России дополнительные полномочия по надзору, мы специально обсуждали с брокерами вопрос маржинальной торговли и приняли решение, что на уровне саморегулирования брокеры по умолчанию не будут подключать эту опцию клиентам.

Сегодня если вы хотите торговать с плечом, есть преграды: рынок внебиржевых деривативов для вас пока недоступен, потому что он будет открыт для неквалифицированных инвесторов только с 1 апреля следующего года, и то после специального тестирования.

Рынок форекс, как вы знаете, мы перевели в статус только для квалифицированных инвесторов. То есть с плечом могут торговать только опытные инвесторы. Неквалифицированным инвесторам нельзя там торговать — за исключением тех, которые уже делали это. Последним мы оставили доступ, поскольку они уже получили какой-то опыт и понимание — это так называемая «дедушкина оговорка».

Остается маржинальная торговля на бирже. Маржинальная торговля сегодня — это примерно 3,5% счетов. Это немного, и чтобы подключиться, надо проделать достаточно серьезный клиентский путь с подписями о том, что ты понимаешь, как это работает, и так далее, и так далее.

Уже нет того, что было раньше, когда человек впервые приходил на рынок, и его автоматически, ничего не говоря, подключали к маржиналке, и он открывал позиции, проигрывал все свое и даже оставался должным.

Мы мониторим ситуацию и считаем, что тот объем непокрытых позиций, который есть сегодня на рынке, не вызывает особого беспокойства.

Мы будем продолжать осуществлять достаточно жесткий контроль за тем, чтобы подключение к маржинальной торговле действительно сопровождалось правильным информированием человека. Будет тестирование после 1 октября — чтобы подключиться, нужно будет правильно ответить на вопросы о рисках продукта.

Есть еще короткие позиции. Российская инфраструктура в принципе, в отличие от западноевропейских стран и США, так и не создала предложение таких инструментов кредитования ценными бумагами. И, возможно из-за того, что достаточно сложно открыть короткие позиции, сегодня их доля не превышает одного процента.

То есть, в отличие от недавних событий на рынке США, у нас воспользоваться возможностью заработать на закрытии другими коротких позиций, в том числе принудительном, невозможно. Никаких угроз для финансовой стабильности, для отдельных эмитентов, мы не видим. Непопулярность кредитования ценными бумагами делает рынок более стабильным, хотя, возможно, менее эффективным. Потому что в самих коротких позициях ничего плохого нет, наоборот — более четко формируются представления о том, как инвесторы относятся к той или иной компании.

— Но население, выходя на рынок не только у брокера занимает, а использует займы родственников, кредитные ресурсы, тут ЦБ видит проблемы?

Есть эта проблема. Но мы, естественно, не можем видеть этой статистики, потому что если человек занимает у родственников или просто берет кредит в банке, мы это статистически не можем увязать с его позициями на фондовом рынке. Пока мы начали работу по мониторингу активности на фондовом рынке, но эта работа только началась, все алгоритмы и базы данных еще предстоит создать.

Но у нас есть другой аспект этой проблемы — достаточно много людей вкладываются в альтернативные инструменты, которые мы называем финансовыми пирамидами, или технологическими финансовыми пирамидами, типа биткоина.

И, действительно, простые люди в ожидании бешеной доходности очень часто либо продают свое имущество, либо закладывают его и занимают у родственников, чтобы зарыть свои денежки на «поле чудес». Это большая, большая беда, что наши граждане не знакомы с правилами работы рынка капитала, где обещаемая доходность отражает уровень риска. И если вы хотите за эти деньги заработать много-много процентов, то вероятность, что вы все потеряете, — огромная.

Поэтому мы активно ведем разъяснительную работу, чтобы наши граждане очень аккуратно относились к активам, за которыми не стоит никакой защиты потребителя, а порой вообще ничего нет, никакого обеспечения и реального экономического процесса.

Люди должны очень аккуратно относиться к анонимным интернет- предложениям, рекомендациям псевдо-аналитиков, которые работают в интернете и рассказывают, что вот они заработали на той или иной инвестиционной схеме. Потому что бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.

И вот здесь особо сложная жизненная ситуация бывает как раз у тех людей, которые вкладываются не на свои собственные средства, хотя их тоже безусловно жалко терять, а на заемные. Потому что они получают двойной негативный эффект — и деньги потеряли, и остались должны.

Мы всем начинающим инвесторам всегда говорим, безотносительно того, куда они инвестируют, — надо играть на свои, учиться — на свои, а после — научишься, поймешь, как это работает, получишь опыт, станешь профессионалом, — тогда и работай с плечом. Тем более не надо работать на заемные средства с инструментами, которые обещают повышенную доходность, несут повышенные риски. Это наш главный посыл.

— Если вы видите такие риски у цифровых активов, ухода туда населения, почему сразу тестирование с октября по ним не ввели?

То, что мы видим сейчас на рынке, — это экстерриториальные инструменты. Доступ к криптоактивам российские брокеры просто не предоставляют, граждане пользуются интернетом. В этом смысле не очень понятно, кто будет проводить тестирование, и мы, к сожалению, не имеем возможности защитить наших граждан, когда они приобретают продукты у иностранных провайдеров.

Мы все-таки имеем полномочия работать с теми, кому выдали лицензию. Если человек, рискуя, пользуется услугами других провайдеров, которые не проходили лицензирование в Центральном банке, то у нас нет возможности его защитить, нет возможности ввести те самые механизмы, которые направлены на защиту его интересов и сохранение его денег.

Поэтому, покупая тот же биткоин, человек вступает на минное поле, где, кроме себя, ему не на кого рассчитывать, и никто его защитить не может. Мы тоже об этом гражданам говорим, что не надо ходить туда, где вы не находитесь под защитой Российской Федерации, где ваши деньги просто заберут, и вы ничего с этим не сможете поделать.

— Вы же сказали, что ЦБ может приостанавливать платежи в адрес компаний с признаками нелегальной деятельности, которые без лицензии привлекают деньги граждан, это же инструмент защиты?

Мы инициируем закрытие сайтов, банки останавливают платежи. Но есть и другие каналы, которые очень быстро появляются, где человеку помочь нельзя. Например, если у него есть аккаунт с биткоинами, и пирамида собирает биткоины. Никаким образом нельзя заблокировать перевод с его счёта на счет финансовой пирамиды в биткоинах.

— В стратегии развития рынка было написано, что вы все-таки посмотрите, стоит ли вводить тестирование по цифровым активам, по каким?

Речь идет о цифровых активах, которые будут выпущены российскими компаниями и по российскому законодательству. Действующая норма говорит о лимите по инвестициям через такие платформы цифровых активов. Эту систему мы позаимствовали у наших иностранных коллег — там тоже через лимиты ограничивается риск неквалифицированного инвестора.

Но такая лимитная система каком-то смысле перпендикулярна тому, что мы делаем с классическими инструментами. Поэтому мы хотим посмотреть, как работает тестирование, и, возможно, введем тестирование по ЦФА, выпущенным в российской юрисдикции. Тестирование и паспортизация — более эффективный метод информирования граждан о тех рисках, которые несут в себе инвестиции в данные активы, чем лимиты.

О тестировании неквалифицированных инвесторов с 1 октября при покупке сложных инструментов:

Вопросы тестов сформулированы, и у брокеров уже полным ходом идет подготовка. Возможно даже, что тестирование начнется раньше 1 октября. Закон это допускает. Это очень технологичная история, тут нет никаких больших сложностей. Тестирование будет проходить так: человек будет выбирать правильные ответы из случайным образом сформированного списка вариантов на известные заранее вопросы. Крупнейшие участники рынка, включая Московскую биржу, уже начали размещать на своих сайтах информационные обучающие материалы.

Поэтому физлица вполне могут подготовиться к ответам на вопросы, и участники смогут быстро запустить процедуру.

Тестирование — это не барьер, это не больший барьер, скажем так, чем оценить конъюнктуру рынка, прежде чем купить бумагу. Но при этом тестирование — разовое, а анализ текущей ситуации — повторяющийся процесс.

Тестирование — это повод для человека самому себе ответить на вопрос, готов ли он. И это необходимая информация для брокера, чтобы понять, кто перед ним. Потому что в значительной степени брокерский бизнес сейчас трансформируется в бизнес по подсказыванию или по выбору возможных вариантов инвестирования на глобальном рынке, и правильное консультирование, правильное взаимодействие с клиентом — очень важный аспект.

Очень большие надежды возлагаем на то, что тестирование будет восприниматься не как барьер, а как визит к врачу, прежде чем назначить лечение.

Об отношении регулятора к торговле иностранными акциями на российском рынке:

Запрет на торговлю иностранными акциями никогда не обсуждался. Мы сознательно пошли на то, что создать регуляторные возможности для доступа наших граждан к иностранным активам — как через российских брокеров, которые напрямую выходят на иностранную инфраструктуру, так и через те решения, которые сделала СПБ-биржа.

Это было осознанное решение. Мы это сделали потому, что прекрасно понимаем — чтобы зарабатывать на рынке капитала, нужно иметь диверсифицированный портфель, а возможности фондового рынка России в этом смысле ограничены. В интересах граждан все-таки формировать такие инвестиционные стратегии, у которых будет перспектива обогнать в доходности депозиты и государственные ценные бумаги в долгосрочном временном разрезе.

Что касается стимулирования. Мы считаем, что ИИС-1 выполнил свою функцию, он привлек на фондовый рынок за счет бюджетных средств — за счет налоговых льгот — достаточно большое количество людей, в том числе — на рынок иностранных акций. Поэтому тратить бюджетные средства на то, чтобы стимулировать граждан и дальше вкладываться в иностранные акции, нерационально, мы такую позицию заявляли неоднократно.

Считаем, что льгота по ИИС-1 должна распространяться только на российские ценные бумаги. То есть по ИИС-1 можно покупать только российские ценные бумаги, а по иностранным ценным бумагам, купленным с ИИС-2, доходы не должны освобождаться от налогообложения. Тут есть нюанс. У нас есть соглашение об избежании двойного налогообложения. И если гражданин с такого дохода в США заплатит 10%, в России он заплатит 5%, если у него 15-процентная налоговая ставка.

Технически мы предлагаем сейчас внести изменения в закон и наделить правительство правом определять, в отношении каких бумаг действует та или иная налоговая льгота. Наша позиция известна Минфину, и сейчас он работает над тем, чтобы для себя принять решение, как к этим предложениям ЦБ относиться.

— Отмена льготы возможна уже с начала следующего года?

Нет пока дат. Общее правило — что отмена льгот возможна только с 1 января года, следующего за тем, когда принято решение. Это общее правило, но я не знаю, насколько получится осенью изменить законодательство. Возможно, это будет и позже. Но еще раз говорю: правительство должно сформулировать свою позицию по нашим предложениям. Я надеюсь, что оно их поддержит.

— Во втором квартале уже физические лица перевернулись и стали покупать больше российских акций, чем иностранных, почему?

Аналитические материалы, которые индивидуальные инвесторы используют для принятия инвестиционных решений, во многом определяют предпочтения на рынке. Россия очень хорошо выглядела в этом году — нефть росла, у нас хорошие макроэкономические показатели, российский фондовый рынок с точки зрения дивидендной доходности даст фору всем рынкам, и граждане очень рационально следовали тем рекомендациям, которые получали от брокеров.

Брокеры определяли в значительной степени информационный, аналитический фон, которому следует большинство инвесторов.

Если конъюнктура поменяется, завтра мы увидим иную картину. Но в целом интерес к российским акциям у физлиц очевиден: они гораздо дешевле, чем акции других стран, и имеют хорошую доходность. Население лучше понимает национальные российские компании, потому что больше пользуется их продукцией, лучше понимает, как устроена экономика этих компаний.

Поэтому мы считаем, что та пропорция, которая есть, с колебаниями, но будет так или иначе сохраняться.

— То есть брокеры не стали придерживаться ваших устных рекомендаций — советовать в первую очередь российские акции к покупке, а не иностранные?

Вы знаете, мы хотим, чтобы брокер действовал в интересах клиента и давал ему объективную картину. С нашей точки зрения, объективная картинка такова, что российские акции — очень привлекательный актив, и мы поэтому просили брокеров, чтобы они про российские акции больше рассказывали, помещали их в начало своей презентации. При этом объективно освещая перспективы и российских акций, и иностранных.

— Мосбиржа осенью запускает торги иностранными акциями в валюте, как спб биржа, цб не пугают риски ухода населения в валютные активы? почему позиция цб изменилась, ведь вы раньше поддерживали торговлю этими активами в рублях?

На Мосбирже не прекращается и торговля иностранными акциями за рубли, наряду с валютой номинала. Московская биржа изучает рынок, общается с клиентами, и если ее клиенты хотят торговать иностранными акциями в долларах, то торговая площадка, будучи клиентоориентированной, будет вынуждена учесть эти пожелания.

Тем более, что прецедент уже есть — СПБ-биржа. Поэтому здесь это коммерческая история. То, в какой валюте торгуются акции, не влияет на привлекательность самих акций, на объем средств, которые физические лица размещают в иностранные акции.

— А при какой доле вложений в иностранные акции цб увидит риски для финансовой стабильности?

Пока мы не видим рисков для финансовой стабильности ни в доле граждан, которые вложились в иностранные акции, ни в доле иностранных акций в портфеле. Конечно, это нужно смотреть и мониторить.

Но для меня не очевидно, что большая доля иностранных акций создает риски финансовой стабильности. Потому что эти акции — это отток капитала, когда они приобретаются нашими гражданами в стабильных условиях, но в условиях кризиса возможные продажи иностранных акций будут порождать приток. То есть это фактор, который будет играть в обратную сторону, за финансовую стабильность.

Поэтому пока мы этих рисков не видим. Но ситуация для нас новая, как и вся глобализация рынков капитала. Фактор глобализации — в нашем фокусе, его мы в наших стратегиях и планах учитываем. Финансовый рынок все более и более становится глобальным.

О механизме ограничения агрессивности рыночных заявок на Мосбирже, ограничивает ли он свободу ценообразования на рынке?

Есть такое выражение «рынок любит тишину». Поэтому шум — он не про фондовый рынок, не про финансы. Задача биржи — создавать такие режимы торгов, которые непредвиденные потери инвесторов убирают.

У биржи накоплен хороший опыт по фондовому рынку — как стартовать, когда в самом начале торгов заявок не так много: перед началом непрерывного аукциона проводится дискретный аукцион. И это показало свою эффективность, это нравится большинству нормальных инвесторов, большинству брокеров.

Поэтому они (Мосбиржа) транслируют опыт фондового рынка на другие свои рынки, что делают совершенно правильно. Мы поддерживаем такие инициативы, когда не создаются ситуации, которые позволяют раскачивать рынок и кому-то на этом зарабатывать.

— То есть для валютного рынка вы поддерживаете аукцион открытия вместо ограничения агрессивности заявок на основной сессии?

Да, мы поддерживаем, это стабилизационный механизм поддержки рынка.

Об идее Мосбиржи запустить торги валютой круглосуточно 24/7:

Они не приходили к нам с этим проектом, скажу честно. Пока это рано обсуждать.

— СПБ-биржа готовится к SPO и рассматривает для себя и западные площадки, вы говорили, что инфраструктура рынка должна принадлежать российским инвесторам, как к этому относится ЦБ?

Мы к этому относимся спокойно. Санкт-Петербургская биржа все же стоит особняком от Московской биржи и Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи. Питерская биржа развивает, в первую очередь, технологические решение по доступу к рынку ценных бумаг, торгующихся на иностранных биржах.

Требования к российским биржам по участию учредителей и участников устанавливаются законом. Дополнительные ограничения не целесообразны.

А вот у двух других бирж, которые действительно относятся к российским инфраструктурным организациям, есть стратегическая доля участия резидентов в капитале, и мы считаем эту долю достаточной для того, чтобы сбалансировать интересы общества, акционеров, клиентов и других интересантов, которые так или иначе пользуются услугами площадок.

— Почему ЦБ именно сейчас решил убрать ограничения в виде долей акций для размещения за рубежом? их наличие особенно никому не мешало, делали двойной листинг

Двойной листинг не связан с местом регистрации самой компании, и российская компания может получить листинг не только на Московской бирже, но и, например, на Лондонской бирже. Не в этом дело. Мы убрали ограничения, о которых вы спрашиваете, потому что хотим деофшоризации российского бизнеса, чтобы уйти от сложившейся практики, когда в России листингуются иностранные компании, которые на самом деле являются российскими.

Наша задача — создать благоприятные условия для использования российской юрисдикции публичными обществами. Мы видим, что те инструменты, которые есть в России, не дают возможности полноценно использовать российскую юрисдикцию для компании, выходящей на IPO.

Мы просто хотим убрать эти барьеры, это будет иметь в том числе положительные налоговые последствия для российского бюджета. Вообще это правильно, когда российские компании по бизнесу являются российскими и по адресу.

Ограничения сыграли роль в свое время, когда западные инвестиционные дома выводили всех русских эмитентов только на иностранные биржи. Но сегодня это не так. Сегодня и западные инвестбанки, и российские вполне могут работать и работают на Московской бирже и с иностранными площадками, и угрозы вывода компаний за границу мы не видим.

Более того, по тем компаниям, которые получили недавно вторичный листинг на Московской бирже, основные обороты потихонечку перемещаются из иностранной юрисдикции в Москву.

Поэтому держать ограничения нерационально. Но мы сейчас ведем с бизнесом диалог относительно других инструментов, не только квот на иностранное размещение и на расписки.

Будет еще новый инструментарий пре-IPO, который позволит в российской юрисдикции сформировать баланс интересов за счет привилегированных акций с разным набором прав. Вот это более сложная вещь. Вопрос пока не решен.

Мы находимся в процессе дискуссии, как выпускать акции, и какой объем привилегированных акций без права голоса может быть у компании. Потому что сегодня с 25% лимитом не всегда удается правильно настроить корпоративное управление. Привилегированные акции предпочтительнее, нежели расширение практики вечных облигаций, поэтому мы больше стараемся направить бизнес в сторону акций, а не гибридных инструментов.

— Обсуждаются ли налоговые стимулы для компаний, выходящих на IPO?

Будут инициативы и по налоговым стимулам, они озвучивались крупными игроками, известны Минфину, и Минфин сейчас с ними работает.

 — Это найдет отражение в налоговой политике на ближайшие три года, которую Минфин сейчас пишет?

Правильно спросить это у Минфина.

— ЦБ сам стал стимулировать рынок IPO, выставив на продажу санированный банк Открытие, станет ли эта сделка крупнейшей в 2021 году?

IPO является одним из вариантов выхода Банка России и рассматривается в качестве основного, но есть и другие варианты, мы изучаем их вместе с инвестиционными консультантами и Открытием.

И разве это важно — станет крупнейшей или нет? Важно, чтобы государство выполняло свои обязательства и свои обещания. Центробанк это четко делает и намерен быть в равной удаленности от своих поднадзорных организаций, и в этом смысле продажа Сбербанка Фонду национального благосостояния и выход из Открытия и других банков по мере возможности — это наша стратегия.

Мы будем следовать принципу нейтралитета регулятора, его равноудаленности от поднадзорных организаций, работающих на конкурентном рынке. Поэтому эта сделка — очень логичный и правильный шаг.

Я надеюсь, что кейс будет успешным со всех точек зрения — и с финансовой для Банка России, и с экономической — для инвесторов.

— Раньше ЦБ говорил, что к покупке Открытия и санированных банков не будут допущены бывшие собственники, как это может контролироваться при IPO?

У нас есть согласование покупки пакетов финансовых организаций и предварительное разрешение. Поэтому, если кто-то из лиц, которые находятся в нашем черном списке по деловой репутации, захочет приобрести больше 10% акций, ему придется получать разрешение, которое он не получит.

Если же это небольшие пакеты, мы этого даже не увидим, в этом нет ничего страшного, потому что инвестор не оказывает влияния на деятельность компании, имея очень маленький процент в капитале.

— Какой пакет акций открытия будет предложен в ходе IPO, а какой — стратегу?

Как что-то будет определяться, мы будем публично это раскрывать.

— Ждет ли ЦБ большого участия «физиков» в этом IPO?

У нас гибкий подход, потому что для нас важно не просто продать, но продать на хороших условиях. Учитывая привлекательность этого актива и тенденцию усиления присутствия розничных инвесторов на российском рынке, их интерес к БФКО возможен.

Об активном возвращении иностранцев в ОФЗ, как на это смотрит ЦБ:

ОФЗ — это первое, на что всегда смотрит ЦБ, это хребет нашего трансмиссионного механизма, поэтому мы этот рынок очень глубоко отслеживаем. Каких-то системных рисков сегодня присутствие нерезидентов не создает, рынок находится в хорошем состоянии. Те санкции, которые запрещают первичное участие инвесторам из отдельных стран, позволяют им же покупать ОФЗ на вторичном рынке как новые, так и старые выпуски облигаций. Поэтому все, кто хотят зайти, заходят.

Мы сейчас не видим каких-либо проблем с увеличением активности нерезидентов на рынке ОФЗ. Как я уже сказал, одна из самых больших заслуг инфляционного таргетирования, — низкая волатильность дальнего конца кривой. Мы считаем, что это хорошая основа для расширения долгосрочного финансирования экономики РФ.

— А средства нерезидентов на рынке иностранных акций РФ вы уже наблюдаете?

Оборот не очень большой. Если вы говорите о том, что мы видим на СПБ-бирже, нерезиденты являются нетто-продавцами, но их присутствие — это очень незначительная часть оборота. Я знаю, что в планах биржи расширять присутствие нерезидентов за счет того, что время торгов отличается от других бирж, но это их бизнес-идея. Посмотрим, насколько она будет успешной.

Об ESG-проектах в России:

ESG — это надолго, и надо к этому привыкать. Наша задача как регулятора — создать финансовый инструментарий, который позволит каждому гражданину поучаствовать в том, чтобы сохранить планету или сделать ее лучше, потому что, только объединив усилия, реально можно что-то поменять.

Вторая задача — это профинансировать трансформацию, то есть создать финансовые инструменты для осуществления зеленого перехода, которые позволят российским предприятиям снизить выбросы углерода.

Третья задача — донастроить регулирование финансового сектора с учетом ESG-рисков.

Всеми тремя задачами мы вместе с правительством очень активно занимаемся. Я думаю, что мы здесь как члены международных организаций, IOSCO, «Большой Двадцатки», также вносим вклад в работу над международными стандартами раскрытия информации и ее верификации.

— При выборе российских активов для иностранных инвесторов тема ESG-направленности будет перевешивать санкционные риски?

Это зависит от инвесторов. Сейчас много фондов и управляющих компаний, которые имеют в своем составе и ESG-стратегии и не ESG-стратегии. Растет доля компаний, которые отказываются от инвестиций в не-ESG. Поэтому все зависит от конечных инвесторов, что они захотят покупать.

Я думаю, что это не будет выбор между зелеными инструментами и незелеными плюс премия. Такого выбора не будет. Со временем, я думаю, произойдет расслоение, и те инвесторы, которые инвестируют в зеленые инструменты, не будут рассматривать альтернативы, но для этого рынок должен вырасти, и разнообразие зеленых инструментов, их объемы должны вырасти, чтобы инвесторы могли себе позволить отказаться от не зеленых облигаций и акций.

Об идее создать в Москве региональный финансовый центр по торговле иностранными акциями:

Нам известны эти инициативы, часть из них войдут в стратегию по развитию финансового рынка, в частности, по упрощению подходов к удаленной идентификации нерезидентов. Это нужно для того, чтобы российские брокеры могли обслуживать клиентов, которые не появляются в Российской Федерации. Обслуживать их на рынке российских акций и облигации, а также иностранных акций.

На СПБ-бирже это будет или на другой — это вторично, первично — дать возможность российским финансовым посредникам обслуживать не только россиян, но и иностранцев. Поэтому такая работа идет, будем изучать международную практику, оценивать технологические и технические риски, связанные с такой идентификацией.

— Речь про мобильное приложение по самоидентификации, которое планируется внедрить также для рабочих-мигрантов или нет?

Сейчас предсказать, на каком приложении остановимся, не представляется возможным.

Елена Фабричная, Александр Мэрроу

Reuters, 11.08.2021